ФСБ продолжает «ловить шпионов» в научно-исследовательских институтах РФ. Известных российских ученых обвиняют в передаче за границу секретов о гиперзвуковых ракетах, которыми якобы пытаются завладеть все разведки мира. При этом ни сослуживцы, ни иностранные коллеги не спешат вступиться за арестованных, говорится в репортаже Русской службы Би-Би-Си.
Интерес СМИ к «делу физиков» возник весной 2023 года, после того как украинская ПВО начала регулярно сбивать ракеты Х-47 Кинжал. Они считались гиперзуковыми, в РФ утверждали, что поразить их невозможно, однако установки Patriot опровергли это хвастовство.
Подробно NV писал об этом в сюжете Гиперзвуковые вредители. Почему в России арестовывают ученых за госизмену и при чем здесь сбитые над Киевом «несбиваемые» Кинжалы
Впрочем, прямой связи арестов ученых с фиаско Кинжалов не просматривается. ФСБ преследует физиков как минимум с 2016 года, кроме того, их нельзя назвать разработчиками оружия — исследования, в которых чекисты видят госизмену, носят сугубо теоретический характер.
Вина ученых в том, что они делились с иностранными коллегами материалами своих разработок, пишет Сергей Горяшко, Би-Би-Си. Причем и руководство научно-исследовательских институтов, и министерство образования и науки РФ, как утверждают родственники арестованных, буквально требовало публикаций в серьезных зарубежных журналах.
«Есть тема гиперзвука, по которой нужно сажать людей»,
— утверждает Евгений Смирнов из сообщества адвокатов и правозащитников Первый отдел. Оно помогает фигурантам «шпионских» дел в России, а сам Смирнов до своего отъезда из страны в 2021 году защищал в судах ученых, обвиняемых в госизмене. По его словам, сотрудники ФСБ в частных беседах говорили адвокатам, что аресты по обвинениям в продаже тайн российского гиперзвукового оружия происходят «по высокому желанию».
«В материалах [дела] пишется, что у России есть передовые технологии в области гиперзвуковых вооружений, аналогов которым не существует во всем мире, — рассказывает Смирнов. — И якобы за этим охотятся представители иностранных разведок». Следователи, вспоминает он, прямо говорили, что докладывают Владимиру Путину о каждом деле по госизмене в отношении ученых: «Потешить эго, показать, что российские ракеты — лучшие и их пытаются украсть».
Адвокат утверждает, что никто из ученых, арестованных по обвинениям в передаче «тайн о российском гиперзвуке» за последние годы, оборонной тематикой не занимался. Так, специализацией арестованных из Института теоретической и прикладной механики (ИТПМ) в Новосибирске была аэродинамика гиперзвуковых потоков.
«Ученые изучают физические процессы. Вот есть тема исследования: как при гиперзвуковых скоростях будут деформироваться определенные металлы или какие будут зоны турбулентности. Это не про „сделать ракету“, это именно исследования физических процессов», — объясняет Смирнов. Потом их наработки мог использовать кто угодно, в том числе и военные. Но в госизмене обвиняют авторов именно первичных исследований, тех, кто занят фундаментальной наукой.
«Все бумаги с формулами забрали»
Физики-аэродинамики Анатолий Маслов и Александр Шиплюк из ИПТМ с лета 2022 года сидят в СИЗО. Им, как и создателю лаборатории Аэрогазодинамика больших скоростей Валерию Звегинцеву предъявили подозрение в госизмене, дела засекретили. Единственное отличие — Звегинцева суд отправил под домашний арест.
Доцент отделения нефтегазового дела Томского политеха Владислав Галкин не работал в ИТПМ, но, как и трое попавших в поле зрения ФСБ новосибирских ученых, исследовал сверхзвуковые технологии. 68-летний кандидат наук с 7 апреля 2023 года — в СИЗО Новосибирска. О его деле стало известно лишь через восемь месяцев после задержания — лишь в середине декабря об этом упомянуло издание о науке T-invariant.
«Пришли люди, в черных масках, с оружием, обыск в 4 часа утра, — описывает Би-би-си следственные действия в доме Галкиных в Томске его близкий родственник (он попросил об анонимности, так как опасается за свою безопасность). — Перерыли все, сказали: „Если бы было подозрение на наркотики, мы бы и полы вскрыли“. Все бумаги с формулами забрали, горы папок, все увезли».
Владислав Галкин три месяца провел в одиночной камере, говорит его родственник, потом его отправили в камеру с четырьмя заключенными. Сейчас он сидит с десятью соседями. «[У него] два сына, две дочери, всю жизнь положили на детей. Шесть внуков, и на склоне лет получили такую пилюлю», — сокрушается родственник арестованного.
«Нам запретили говорить на эту тему, приглашали в ФСБ и сказали, что пока идет следствие — никаких [интервью]. Я не буду рисковать, потому что и так каждый день молимся», — сказала Би-Би-Си супруга Галкина Татьяна.
Регулярная практика ФСБ
У Галкина и Звегинцева — десятки совместных работ, четыре из них опубликованы с 2015 по 2021 годы в иностранных изданиях. Есть публикации с Шиплюком и другими соавторами.
Маслов более 20 лет был заместителем директора ИПТМ по научной работе, курировал аэродинамическое направление.
Кроме общей тематики исследований, этих ученых объединяло участие в проектах седьмой рамочной программы Европейского Союза FP7, которое предусмотрены гранты на космические исследования. Ее координировал Фон-Кармановский институт гидродинамики (Бельгия). В этой же программе участвовали еще две российских научных организации — Центральный аэрогидродинамический институт им. профессора Жуковского (ЦАГИ) и ЦНИИмаш. В эти институты в 2018—2021 годах ФСБ тоже приходила. Шесть их сотрудников оказались за решеткой — также по обвинению в госизмене.
Бывший работник ЦНИИМаш Владимир Лапыгин, осужденный за госизмену и освободившийся в 2020-м досрочно, говорит, что арестованные физики из разных институтов хорошо знакомы друг с другом.
В этом и может состоять тактика ФСБ, отмечает Би-Би-Си.
«Связанные между собой обвиняемые в делах о госизмене — не редкость, а регулярная практика следователей ФСБ. Причины, по которым она складывается, объяснял журналист Иван Сафронов.
Сафронов писал, что при расследовании конкретного дела о госизмене следователю ФСБ важно построить «уголовную прогрессию» — добиться, чтобы обвиняемый не только признал вину, но и дал показания на других людей. Тогда следствие сможет возбуждать новые дела.
Помня о Скрипалях
В мае 2023 года коллектив ИПТМ решился написать открытое письмо к властям, научному сообществу и «ко всем неравнодушным гражданам». Там утверждалось, что Маслов, Шиплюк и Звегинцев не могли совершить преступления, которые им инкриминируют: «Деяния, за которые наши коллеги могут провести за решеткой все оставшиеся годы жизни, представляют собой то, что во всем мире, и в том числе в России, считается просто обязательной составляющей добросовестной и качественной научной деятельности — выступление с докладами на международных семинарах и конференциях, публикация статей в высокорейтинговых журналах, участие в международных научных проектах».
Но этот «бунт» никто не поддержал. ФСБ удалось запугать российских физиков и их коллег за границей, отмечает Би-Би-Си. Последних, по словам Евгения Смирнова, безуспешно уговаривали выступить свидетелями по делам о госизмене в отношении их партнеров из России, помочь доказать, что те общались с академиками, а не со шпионами. Иностранцы «после отравления Скрипалей панически боялись», говорит Смирнов.
Боятся и российские ученые. «Давал подписку определенной организации, дать комментарии не могу», — сказал Би-би-си один из сотрудников ИТПМ. Еще один его коллега предложил связаться с ним через месяц. Трое других не ответили на звонки и сообщения журналиста. «Меня после разговора с вами опять посадят», — сказал во время интервью Би-би-си бывший работник ЦНИИМаш Лапыгин.
Двенадцать
Семь лет усердной работы чекистов привели к арестам и судам над 12 учеными, занимавшимися физическими исследованиями в специализированных институтах (не обязательно речь шла о гиперзвуке).
Би-Би-Си и NV систематизировали данные обо всех случаях.
Валерий Голубкин. Ведущий научный сотрудник ЦАГИ. Публиковал теоретические исследования о конструкциях сверхзвуковых самолетов, разработал метод расчета нестационарных нагрузок на элементы летательных аппаратов при падении ударных волн. Приговор — 12 лет строгого режима.
Анатолий Губанов. Занимался в ЦАГИ аспектами работы авиационной техники в сверхзвуковых и гиперзвуковых режимах, написал множество научных работ на русском и английском языках. Приговор — 12 лет строгого режима, ждет апелляции.
Александр Куранов. Директор петербургского Научно-исследовательского предприятия гиперзвуковых систем. Автор 18 изобретений и моделей, а также 120 научных трудов, многие из которых посвящены концепции гиперзвукового аппарата Аякс — разработке еще советских времен. Процесс по его делу засекречен.
Валерий Звегинцев, ИПТМ. До сих пор под домашним арестом.
Александр Шиплюк, ИПТМ. Из Новосибирска его перевели в СИЗО Лефортово в Москве. «Александр Николаевич никогда не жаловался на условия содержания. За полтора года мы приспособились к этой ситуации», — сказали Би-би-си члены семьи Шиплюка. Вину Шиплюк не признает, рассказал его адвокат. Сейчас по делу ученого заканчивается стадия предварительного следствия.
Анатолий Маслов, ИПТМ. Расследование в его отношении завершено, дело уже несколько месяцев слушается в суде Санкт-Петербурга. Вину он не признает, говорит адвокат Ольга Динзе. Дело Маслова, по ее словам, формально никакого отношения к его коллегам по ИТПМ не имеет. «Сферой его научной деятельности всегда была турбулентность, никакого отношения к гиперзвуку он не имеет. Попал под раздачу», — сказала адвокат.
Сергей Мещеряков, ЦНИИМаш. В 2021 году получил условный срок — семь лет, подробностей дела нет. «У него был рак. Он хотел отказываться от условного срока, рвался в бой», — вспоминает Лапыгин.
Владимир Лапыгин, ЦНИИМаш, отсидел за госизмену, вышел по УДО в 2019 году. Его признали виновным в передаче в Китай «программного комплекса, позволяющего рассчитывать оптимальные аэродинамические характеристики гиперзвуковых летательных аппаратов».
Владислав Галкин, Томский политехнический университет. Находится в СИЗО.
Умерли, не дожив до суда:
Виктор Кудрявцев, ЦНИИМаш. Как вспоминает вдова ученого, российские ученые по заданию Фон-Кармановского института изучали поведение модели в форме острого конуса в турбулентных потоках. Эксперимент не получался, и тогда физики скруглили конус, чтобы получить турбулентный поток: «Им пришлось чуть ли не наждаком затупить нос». В ФСБ посчитали, что конус с затупленным концом напоминает ракету, а военные инженеры согласились, что информация о поведении модели в турбулентных потоках — гостайна. Кудрявцев не признавал вину, более года провел в СИЗО, после чего вышел под подписку о невыезде. Скончался в 2021-м.
Роман Ковалев, коллега Кудрявцева по ЦНИИМАш. Признал вину, был осужден, но в 2022 году отпущен на свободу в связи с онкологическим заболеванием (скончался в апреле 2022 года).
Дмитрий Колкер, заведующий лабораторией квантовых оптических технологий в Институте лазерной физики Сибирского отделения РАН. В 2022 году его увезли в СИЗО из больницы на IV стадии рака поджелудочной железы. Обвинили в передаче Китаю секретных сведений. Он умер через два дня после ареста.
